В феврале 2015 года нефть марки WTI стоила примерно $52 за баррель — вполовину меньше, чем годом ранее. Тогда аналитики предупреждали, что падение продолжится, и нефть будет стоить $20 — сценарий, немыслимый для нефтяных быков.
Котировки действительно возобновили падение и вскоре достигли минимума в $26. С тех пор нефть подорожала и последние несколько недель «флиртует» с уровнем в $50 за баррель. Но это ненадолго — риски падения стоимости черного золота до $10−20 за баррель по-прежнему высоки.
Контроль ОПЕК над рынком нефти превращается в фикцию
Рост последнего времени никак не связан с фундаментальными факторами, спровоцировавшими обвал. Его основные причины — пожары в нефтеносном регионе Канады, сокращение добычи в Нигерии и Венесуэле из-за политической нестабильности, угроза забастовки нефтяников в Норвегии, надежда на скорое окончание сланцевого бума в США.
И все же мир продолжает купаться в нефти, а ОПЕК постепенно уступает свое влияние американским производителям. Дни когда-то грозного нефтяного картеля, наводившего ужас на рынок, по всей видимости, сочтены. Даже лидер ОПЕК, Саудовская Аравия, признает новую реальность: в поисках новых источников финансирования королевство отбросило недавние попытки заморозить добычу, активно занимает у банков и готовится к продаже доли в государственной нефтяной компании Saudi Aramco.
Саудиты и их союзники по Персидскому заливу продолжают вести войну на истощение с другими крупными нефтепроизводителями. Картели существуют для того, чтобы поддерживать цены на высоком уровне, что позволяет его членам мошенничать, превышая квоты. Остальным производителям завышенные цены тоже выгодны.
Ограничивать добычу нефти никто не собирался
Лидеру картеля, в данном случае Саудовской Аравии, для поддержания цен и нейтрализации действий других стран приходится сокращать собственную добычу. В результате саудиты теряют долю на рынке. Поэтому ОПЕК фактически отказалась от ограничений: в конце прошлого года общая добыча организации подскочила до 33 млн. баррелей в день.
Освобожденный от западных санкций Иран планирует удвоить добычу к 2020 году и довести ее до 6 млн. баррелей в сутки, что сделает Исламскую республику вторым по величине производителем в составе ОПЕК. Россия наращивает добычу, чтобы поддержать экономику после обвала нефтяных цен, опустошившего государственную казну. Охваченная войной Ливия также пытается увеличить производство.
Международное энергетическое агентство прогнозирует: даже в условиях успешной заморозки производства картелем и сокращения добычи сланцевой нефти в США на 600 тыс. баррелей в день в этом году и на 200 тыс. в 2017-м, избыточное предложение «черного золота» будет превышать 1,5 млн. баррелей в день. Налицо продолжение тенденции недавнего прошлого.
Сокращение буровых установок – не повод говорить о сокращении добычи сланцевой нефти
Цена на нефть, при которой крупные производители начнут сокращать добычу, не определяется уровнем, необходимым для сбалансированного бюджета (она колеблется от $208 за баррель в Ливии до $52 за баррель в Кувейте). Не определяется она и «полным циклом» — средней стоимостью производства, включающей в себя затраты на бурение, строительство трубопроводов, накладные расходы и т. д.
В ценовой войне капитуляция наступит тогда, когда стоимость нефти сравняется с предельными издержками производства на существующих скважинах. Как только буровая платформа установлена и укомплектована, оплачена аренда оборудования, проложены трубопроводы и начато бурение, предельная себестоимость сланцевой нефти для опытных производителей в Пермском бассейне в Техасе составляет $10−20 за баррель. В Персидском заливе она еще ниже.
Более того, стоимость добычи методом гидроразрыва пласта падает вместе с ростом продуктивности. Количество буровых установок, действующих в США, продолжает сокращаться. Но останавливаются в основном старые вертикальные установки, способные бурить только одну скважину за раз, в то время как горизонтальные установки, умеющие делать 20−30 скважин с одного места (как спицы колеса), продолжают работать. Поэтому средняя продуктивность растет.
Рекордные запасы нефти никуда не исчезли
В то же время мировой экономический рост и, следовательно, спрос на нефть крайне слабы. В Китае — основном потребителе нефти и другого сырья — экономические приоритеты сдвигаются с производства и инфраструктурных инвестиций в сторону услуг. Меры Запада по энергосбережению сдерживают спрос на нефть.
Технологические достижения в области гидроразрыва пласта, горизонтального, глубоководного, арктического бурения в этом году приведут к увеличению добычи странами, не входящими в ОПЕК, до 58,6 млн. баррелей в день (по сравнению с 58,1 млн. в 2015-м).
И не стоит забывать о решающем влиянии запасов на стоимость. В условиях перепроизводства весь избыток нефти прямиком идет в нефтехранилища. Когда они заполнятся, излишки будут выброшены на рынок в ущерб стоимости. Нефтехранилища в Кушинге, куда поставляется нефть WTI, почти заполнены; то же самое справедливо в отношении узла Амстердам-Роттердам-Антверпен — нефтяных ворот Европы.
Коммерческие и стратегические резервы Китая также близки к наполнению. В мировом масштабе запасы нефти выросли до рекордных уровней, с января 2014-го подскочив на 370 млн. баррелей.
Излишки поступают на танкеры, несмотря на их более высокую стоимость: хранение барреля нефти здесь обходится $1,13 в месяц по сравнению с $0,4 в Кушинге и $0,25 в подземных соляных кавернах, служащих пристанищем для стратегического нефтяного резерва США. Более того, поскольку низкие цены на нефть сделали ее перевозку по железной дороге невыгодной, железнодорожные цистерны теперь используются для хранения, обходясь заказчику примерно в $0,5 в месяц за баррель.
Что же станет катализатором нового падения цен на нефть?
В итоге избыток нефти поступит на рынок. Давление со стороны кредиторов на финансово-слабые компании энергетического сектора заставит их наращивать производство нефти и газа до максимума, чтобы расплатиться по долгам. Возможный дальнейший рост американской валюты по отношению к валютам развивающихся стран будет увеличивать эффективную стоимость нефти (котируемой в долларах), еще сильнее ограничивая спрос.
Наконец, пессимизм аналитиков журнала fortraders.org укрепляет возможное замедление мирового экономического роста и сокращение спроса на энергоносители в связи с решением Великобритании покинуть Европейский союз.
Падение стоимости нефти ниже $20 за баррель станет шоком, напоминающим обвал доткомов в конце 1990-х и финансовый кризис 2008-го — за обоими последовали рецессии. Конечно, цены не будут оставаться в диапазоне $10−20 постоянно; рецессия уменьшит перепроизводство энергоносителей и приведет к восстановлению цен — вероятно, до средней стоимости производства.
Если мировой экономический спад будет сопровождаться дефляцией, новая равновесная цена может составить $40−50 за баррель, что гораздо меньше, чем $82 — средней стоимости первой половины этого десятилетия — и ниже, чем рассчитывают производители.
