Финансовые рынки подошли к публикации июльской инфляции в США в состоянии редкого баланса между двумя противоположными силами. Слабый рынок труда требует более осторожной политики ФРС, но рост нефти вновь усиливает инфляционные риски. Именно от того, какой фактор окажется сильнее, сейчас зависит направление доллара, золота и криптовалют.
Утром 12 августа индекс доллара находился около 99,89 пункта, EUR/USD — возле 1,1534, а USD/JPY поднялся до 159,44. Валютный рынок практически замер перед CPI: фьючерсы оценивают вероятность сохранения ставки ФРС и её повышения на 25 базисных пунктов в сентябре примерно как равную.
Консенсус Reuters предполагает рост потребительских цен в июле на 0,1% за месяц и замедление годовой инфляции с 3,5% до 3,4%. Базовый индекс ожидается на уровне +0,2% м/м. При этом сегодняшняя статистика ещё не отразит в полной мере последний скачок энергетических цен, поэтому для ФРС важен не только сам CPI, но и перспектива следующих месяцев.
Аналитики ING считают, что инфляция способна продолжить постепенное замедление до конца года, но при двух условиях — стабилизации нефти и восстановлении судоходства через Ормузский пролив. DBS, в свою очередь, предупреждает: если CPI окажется слабее ожиданий, инвесторы могут начать сокращать длинные позиции по доллару против евро, иены и ряда других валют.
Таким образом, слабый CPI после неудачного отчёта по занятости способен заметно изменить ожидания по ФРС: доходности облигаций могут снизиться, а доллар — продолжить отступление. Более высокая инфляция вернёт рынку сценарий сентябрьского повышения ставки.
Нефть снова приближается к $90
Главное препятствие для быстрого снижения инфляции — энергетический рынок. Котировки Brent утром выросли до $89,66 за баррель, WTI — до $83,92. Brent дорожает уже шестую торговую сессию подряд, а только в понедельник нефть прибавила около 5%. Причина — ухудшение перспектив соглашения между США и Ираном и новые атаки на судоходство в Ормузском и Баб-эль-Мандебском проливах. Во вторник через Ормуз прошли лишь восемь судов против примерно 125–140 в сутки до начала войны. Иран заявляет, что пролив останется закрытым без уступок со стороны Вашингтона.
При этом фундаментальная ситуация тоже становится более напряжённой. EIA оценивает, что в июле из-за конфликта было остановлено около 5,5 млн баррелей в сутки ближневосточной добычи. Агентство повысило прогноз средней цены Brent на 2026 год до $86,81, а WTI — до $80,88.
Есть и фактор, способный временно остановить рост. По данным API, запасы нефти в США неожиданно увеличились примерно на 9,1 млн баррелей. Если официальная статистика EIA подтвердит столь большой прирост, часть опасений по поводу дефицита может ослабнуть.
Для остальных рынков нефть сейчас важна прежде всего через инфляцию: Brent выше $90 будет усиливать ожидания более жёсткой ФРС, а устойчивое возвращение к $80 — работать в пользу снижения ставок.
Золото снова тестирует область $4 400
На фоне геополитической напряжённости золото утром прибавляло около 0,8% и торговалось примерно возле $4 400 за унцию. Металл получает поддержку сразу от двух факторов: спроса на защитные активы и ожиданий, что слабость рынка труда не позволит ФРС слишком агрессивно повышать ставки.
Проблема для золота заключается в том, что эти же геополитические риски поднимают нефть. Если дорогая энергия закрепит инфляцию, доходности Treasuries могут снова вырасти, увеличивая альтернативную стоимость владения золотом. Поэтому прогнозы банков остаются позитивными, но стали осторожнее. Bank of America снизил средний прогноз золота на 2026 год до $4 360, сославшись на более жёсткую ФРС, однако считает уровень $5 000 достижимым после окончания цикла ужесточения. JPMorgan в более свежей июльской оценке ориентируется примерно на $4 500 в IV квартале, сохраняя долгосрочный позитивный взгляд благодаря спросу центральных банков и инвесторов.
Для золота сегодняшний CPI поэтому особенно важен. Слабые данные могут вернуть котировки к недавним максимумам, тогда как неожиданно высокая инфляция способна вызвать коррекцию через рост доходностей и доллара.
Bitcoin остаётся зависимым от ликвидности
Bitcoin торгуется примерно по $63,6 тыс., снижаясь менее чем на 0,5% за день. Внутридневной диапазон составляет примерно $63,2–64,4 тыс.
Для криптовалюты макроэкономическая логика сейчас практически совпадает с рынком технологических акций. Слабая инфляция уменьшает вероятность дальнейшего повышения ставки, снижает стоимость капитала и обычно повышает готовность инвесторов покупать рискованные активы. Высокий CPI действует в обратном направлении.
Но у Bitcoin есть собственная проблема — слабый институциональный спрос. Citi в июле снизил 12-месячный прогноз BTC со $112 тыс. до $82 тыс., а в негативном сценарии допускает падение примерно к $53 тыс. Банк объясняет осторожность оттоком капитала из ETF и отсутствием нового сильного катализатора для институциональных инвесторов.
Регуляторный фактор также пока не помогает. Сенат США отложил ключевое голосование по CLARITY Act до середины сентября. Закон должен создать более понятную федеральную систему регулирования цифровых активов, но политические разногласия делают его принятие до конца года менее очевидным. Поэтому рост Bitcoin требует сочетания двух условий: улучшения глобальной ликвидности и возвращения устойчивого институционального спроса. Одного только благоприятного CPI для формирования длительного восходящего тренда может оказаться недостаточно.
Что определит дальнейшее движение рынков
Логика рынка сейчас сводится к одной цепочке:
Ормуз → нефть → инфляция → решения ФРС → доллар, золото и Bitcoin.
- Если CPI окажется ниже ожиданий, а напряжение вокруг Ормуза начнёт спадать, рынок получит наиболее благоприятный сценарий для золота и криптовалют: более дешёвая нефть, снижение инфляционных ожиданий, меньшая вероятность повышения ставки и ослабление доллара.
- Если инфляция окажется высокой, а Brent закрепится около или выше $90, ФРС получит аргументы сохранять жёсткую позицию. В этом случае доллар и доходности облигаций могут укрепиться, тогда как золото и Bitcoin столкнутся с давлением.
Самый сложный сценарий — сохранение дорогой нефти одновременно со слабым рынком труда. Тогда американскому центробанку придётся выбирать между поддержкой экономики и борьбой с инфляцией. Именно эта дилемма сейчас является главным источником неопределённости на глобальных рынках.
