Американский доллар находился в умеренно-восходящем тренде с начала июня к корзине из шести наиболее популярных мировых валют. Индекс DXY за это время вырастал на 4.6%, но растерял примерно треть этих завоеваний за последние две недели августа. Еще в августе технический анализ все более уверенно говорил о сломе большой нисходящей тенденции и выходе вверх из консолидации. Однако выступление Пауэлла в рамках симпозиума в Джексон Хоул рискует вернуть доллар к нисходящей тенденции. В лучшем (для USD) случае – вновь в боковой диапазон.
Индекса доллара DXY в июне начал уверенно расти, показательно сильно преодолев 50- и 200-дневную простые скользящие средние за два дня. В последующие месяцы эти бывшие линии сопротивления выступали в качестве поддержки. Эту же роль выполняла верхняя линия сходящегося торгового диапазона.
Также мы ранее отмечали, что область 1.2000–1.2500 в EURUSD, если не пробивается сходу сильным движением, выступает непроходимым препятствием для рынка, откладывая штурм на годы. Это был бычий кейс для доллара, так как пара неоднократно в этом году разворачивалась к снижению в этой области, заставив нас в прошлые месяцы усомниться в долгосрочном медвежьем тренде доллара на многие годы вперед.
Пауэлл игнорирует рост цен
Но, кажется, сейчас как раз тот случай, когда фундаментальные факторы оказались сильней. Выступление Пауэлла в конце августа усилило давление на доллар. Это не резкая распродажа, так как центробанкиры прекрасно умеют говорить без сенсации. Но, очевидно, процесс долгосрочных покупок доллара развернулся.
Ранее в августе мы увидели данные о резком падении потребительских настроений от Мичиганского Университета. Они позже подтвердились в данных от Conference Board. Это тревожный знак замедления потребительского спроса, несмотря на высокую инфляцию. Обычно в США она вызвана внутренними факторами (ростом зарплат и высоким спросом), но в этот раз это не так.
Все больше признаков падения спроса при растущих ценах. Это видно в данных продаж домов и автомобилей, где цены прибавляют около 20% г/г, в то время как объемы продаж снижаются.
Кроме того, Пауэлл в своем выступлении много времени уделил тому, что ожидания остаются заякоренными, а без учета отдельных групп товаров, темпы роста цен вполне вписываются в целевые 2%.
Не нужно гадать и спорить, так ли это на самом деле. Главное в комментариях председателя ФРС было то, что он продолжает смотреть сквозь пальцы на рост цен. Хотя он и отметил готовность приступить к сокращению объемов ежемесячных покупок на баланс, уклон его выступления был в сторону неспешного сокращения поддержки. Кроме того, отдельно было упомянуто, что «сворачивание» и повышение процентных ставок – два независимых процесса. Требования к экономике для начала повышения ставок намного выше. Такие сигналы работают на уплощение кривой доходности и сокращают тягу в доллары из-за снижения доходностей среднесрочных облигаций.
А что другие Центробанки?
А тем временем в других странах представители Центробанков проявляют меньше толерантности к инфляции. В ЕЦБ отряд ястребов (Кнот, Хольцманн) расправил крылья, указывая на необходимость сокращения поддержки в свете 10-летних максимумов инфляции в зоне евро. Лагард, кажется, также отметила, что отпадает необходимость широкомасштабной поддержки финансовых рынков, и нужна более адресная помощь. Банк Кореи поднял ставку в прошлом месяце, и высокая инфляция настраивает, что этот же шаг будет повторен совсем скоро. В РБА засмущались повышать ставку одновременно с объявлением национального локдауна, но отметили готовность сделать это, так как экономика не нуждается в такой поддержке, как раньше. В РБНЗ не повысили ставку не из-за сомнений в экономике, а лишь для лучшей коммуникации с рынками.
Центробанки развивающихся стран и вовсе многие месяцы повышают свои ставки. Все это повторяет ситуацию ранних 2000-х, когда во главе ФРС стоял Гринспен, сконцентрированный на поддержке рынка труда через более мягкую, чем требовало время, монетарную политику. Это надувало пузыри на отдельных рынках, и обернулось коллапсом финансовой системы в 2008. Но до этого были лучшие семь лет для рынков стран EM и многолетний тренд падения доллара.
