ForTraders.org, 08/04: Каждый из нас был бы рад помощи спонсора в трудную минуту. Именно такую роль в последние несколько лет играют центральные банки, смягчая монетарную политику программами помощи в то время, когда производство находится в кризисе, а возможности фискального стимулирования ограничены.
Наиболее спорный аспект такой деятельности – так называемое «количественное смягчение» (программа QE), активно применяемая ФРС США, когда включается печатный станок для покупки активов (в основном государственных ценных бумаг). Смысл данного действа заключается в поддержании устойчивой ликвидности для того, чтобы долгосрочные процентные ставки не вырастали столь быстро.
У подобной политики есть полезный побочный эффект, поскольку это касалось государства, и всем заинтересованным покупателям предлагались бонды по низким процентным ставкам. Центральные банки покупали бонды не на первичном рынке (в тот момент, когда бонды выпускались), а на вторичном, что также заставило раскошелиться частных инвесторов.
Однако один вопрос оставался без ответа: как центральные банки будут избавляться от своих активов, когда придет время? Как только возникнет какой-либо сигнал о продажах, это тут же вызовет панику на рынке. Некоторые эксперты склоняются к тому, что ФРС не следует избавляться от своих активов до посткризисного уровня, а поддерживать высокий уровень ликвидности на постоянной основе.
На протяжении всего этого времени власти отрицали, что это, по сути, «монетизация» (эмиссионное финансирование государственного долга), которая является в некотором роде табу в деятельности центральных банков. Но общий кумулятивный эффект в целом схож с монетизацией.
Очевидный вопрос: что в этом плохого? Предыдущие примеры массовой монетизации в Зимбабве или, скажем, в ФРГ привели к гиперинфляции. Сейчас инфляция на низком уровне и продолжает снижаться. Если бы власти США не использовали «количественное смягчение», это привело бы к еще более глубокой рецессии и вообще к более низкому уровню жизни. Исходя из этого, рассуждение о теоретических рисках «количественного смягчения», а уж тем более выход из программы представляет собой нечто вроде роскоши, которую Америка не может себе позволить.
Now you see them, Economist, 5/04
