В последнее время обострилась ситуация вокруг Испании и хотя никаких новых проблем не появилось, но повысилась острота уже имеющихся. На жилищном рынке Испании кризис наблюдается еще с 2008 года, но именно сейчас СМИ вдруг бросились наперебой сообщать последние новости из этой страны. Инвестиционные менеджеры отказываются от испанских вложений с той же одержимостью, с какой раньше делали это с греческими. Но именно сейчас и нужна активность.
Акции Banco Santander и BBVA, двух испанских банков с превосходной капитализацией, с самого начала финансового кризиса показывали относительно хорошие результаты по сравнению с другими банками группы PIIGS. Спасением для обоих банков стала их зависимость от вложений в Латинской и Центральной Америке. Сейчас на их дворе занимается пожар, и пожарная бригада (испанское правительство, ЕЦБ и МВФ) решают, какой шланг использовать. Это не Греция и не Португалия — на кону стоит гораздо больше. Если испанская банковская система рухнет, Европу ждут несладкие времена.
Нормализация банковского баланса для чайников
На мой взгляд, испанской банковской системе угрожает риск стремительного ухудшения балансов банков. Существует три способа, как поправить положение банка, который разваливается под тяжестью собственного баланса.
1. Увеличение капитала: Эмиссия акционерных прав обычно дорого обходится существующим акционерам, но очень эффективно действует для укрепления баланса. К другим возможностям относятся различные типы гибридных форм эмиссии ценных бумаг. В настоящий момент самым популярным из таких инструментов являются конвертируемые облигации типа Co-Co. Это позволяет банку привлекать капитал в форме облигаций, которые конвертируются в акции только тогда, когда банк достиг определенного уровня по существующему акционерному капиталу.
2. Продажа активов: Избавление от дорогих неключевых активов и кредитных записей. Если масштаб проблем большой, то это может спровоцировать массовые убытки от реализации, что приводит нас к решению номер 3. Если многие банки оказываются в аналогичной критической ситуации и выбирают третье решение, то мы можем увидеть резкое падение цен на фоне увеличения предложения активов.
3. «Плохой банк»: В этом случае вмешивается правительство и, по сути, национализирует банк в той или иной степени. Раньше этот способ уже применялся с большим успехом: главную роль берет на себя государство, которое, пользуясь большим доверием, выкупает часть капитала, что эквивалентно получаемой банком финансовой помощи. В случае успеха способность банков приносить прибыль восстанавливается. Это может довольно дорого обойтись налогоплательщикам, но предыдущий опыт показывает обратное: управляемый государством проблемный банк обладает большей устойчивостью и бóльшими возможностями для того, чтобы «преодолеть трудности», без необходимости продавать активы по сильно сниженным ценам.
Возможно, все три решения будут использованы одновременно. Правда, вариант с увеличением капитала, возможно, уже поздно будет использовать, поскольку эффект от разводнения минимальный. Посмотрите на пример банка Unicredit, после которого другие банки не захотели идти тем же путем.
Пока что испанские банки ищут возможности для того, чтобы сбросить неключевые активы и сократить свои балансы, увеличив коэффициенты достаточности капитала. Но им удастся сделать это только в определенной степени, так как объем активов огромен. По некоторым подсчетам, в испанскую банковскую систему необходимо влить около 10-15 млрд евро дополнительного капитала, который преобразуется в сотни миллиардов евро в активах.
Вопрос создания «плохого банка» в Испании обсуждался в СМИ в прошлую субботу. Позднее министр экономики Луис де Гиндос отверг предложение, заявив, что Испания намерена провести «настоящую реструктуризацию», которая ничего не будет стоить налогоплательщикам. Этого можно добиться при помощи отдельных предприятий, где можно секьюритизировать активы в качестве мест для будущей продажи. Опять же никаких твердых обязательств, так как это может только растянуть кризис еще больше.
Почему Европа так боится реформ?
То, что к росту доходности по облигациям и экономическим проблемам относятся как к какому-то стихийному бедствию, т.е. внешнему шоку, не поддающемуся контролю человека, представляется прихотью политической элиты. Скажите, что проблема в банковской системе, и вы будете правы. Король может быть голым, но это не меняет общего положения вещей. Уверен, ни одно правительство или руководство ЕЦБ не хочет войти в историю как виновник в развале Европы.
Что может произойти в банковском секторе?
На протяжении последнего десятилетия европейские банки возводили крепости, которые в некоторых случаях оказывались масштабнее экономики собственных государств. Это означало, что бюджетные политики правительств в некотором смысле одновременно стали своего рода банковскими реформами. В благополучные времена банки наращивают свою деятельность и приумножают ликвидность в экономике. В результате возникли финансовые институты, которые стали называться «слишком большими, чтобы обанкротиться».
На прошлой неделе глава МВФ Кристин Лагард в очередной раз привела доказательства серьезности проблем европейского банковского сектора не только для инвесторов, но и для европейских граждан. Банкам необходимо будет продать активов на сумму 3,8 трлн долларов, чтобы восстановить равновесие в своих балансах и выполнить новые требования к капиталу, изложенные в 3-м Базельском соглашении. Альтернативой этому является вливание нового капитала в банки с помощью средств из Европейского фонда финансовой стабильности и стабилизационного фонда, поддерживаемого МВФ, на что потребуется 1 трлн евро.
Без сомнения, стоимости акций банковского сектора будут оставаться под давлением до тех пор, пока не будут приняты надежные меры. Но поступят ли они вовремя?
